Я надену на себя цинковые в крапинку брюки,
Острые розы из песка впопыхах грубо слеплю,
Стильно-зелёного цвета, но крайне мягкие звуки
Успокоят салатовую ярость, когда я наконец посплю
Влажная сухость бледно-дурного ума
Заведёт в непроглядные заросли пустыни,
Где над холмом умрёт грозовая туча и тьма
Ворвётся в душу и разорвёт её, отчего сердце остынет.
Тихий океан громких анальных отверстий,
Я со стаей альбатросов иду по нему на баркасе,
В бутылках за борт выбрасываю пачки дурных известий
Каракатицам, скатам, людям и прочей биологической массе.
Моя температура до нулевой не опустилась,
Как и до минусовой пока ещё она не упала,
Моя вера ещё об точку кардиограммы на мониторе не убилась,
Обрывки дыхания в наличии, хотя для многих меня не стало.
Острые розы из песка впопыхах грубо слеплю,
Стильно-зелёного цвета, но крайне мягкие звуки
Успокоят салатовую ярость, когда я наконец посплю
Влажная сухость бледно-дурного ума
Заведёт в непроглядные заросли пустыни,
Где над холмом умрёт грозовая туча и тьма
Ворвётся в душу и разорвёт её, отчего сердце остынет.
Тихий океан громких анальных отверстий,
Я со стаей альбатросов иду по нему на баркасе,
В бутылках за борт выбрасываю пачки дурных известий
Каракатицам, скатам, людям и прочей биологической массе.
Моя температура до нулевой не опустилась,
Как и до минусовой пока ещё она не упала,
Моя вера ещё об точку кардиограммы на мониторе не убилась,
Обрывки дыхания в наличии, хотя для многих меня не стало.
Немає коментарів:
Дописати коментар